routir: (Default)

В прошлый раз я заехал в Успенский мужской монастырь и познакомил вас с его  удивительной многовековой историей, которая непосредственно связана с моим любимым Севастополем. Выйдя за стены монастыря, я направился вниз по дороге и заглянул на территорию "Историко-архитектурного комплекса Девлет-Сарай", что находится в нынешнем предместье Бахчисарая – Салачике.

Ханский дворец


Read more... )
routir: (Default)

13 (25) сентября началась Героическая 349-дневная оборона главной базы русского Черноморского флота против вооруженных сил Франции, Англии, Турции и Сардинии в Крымской войне 1853 - 1856 гг. 

Черноморский флот (14 парусных линкоров, 11 парусных и 11 паровых фрегатов и корветов, 24,5 тыс. чел. экипажа) и гарнизон города (9 батальонов, около 7 тыс. чел.) оказались перед лицом вражеской 67-тысячной армии и огромного современного флота (34 линкора, 55 фрегатов). При этом Севастополь был подготовлен к обороне только с моря (8 береговых батарей с 610 орудиями). Оборону города возглавил начальник штаба Черноморского флота вице-адмирал В. А. Корнилов, а его ближайшим помощником стал вице-адмирал П. С. Нахимов. Для предотвращения прорыва противника на рейд Севастополя 11 сентября 1854 г. были затоплены 5 линкоров и 2 фрегата. 5 октября началась первая бомбардировка Севастополя и с суши и с моря. Однако русские артиллеристы подавили все французские и почти все английские батареи, тяжело повредив несколько кораблей союзников. 5 октября был смертельно ранен Корнилов. Руководство обороной города перешло к Нахимову. К апрелю 1855 г. силы союзников увеличились до 170 тыс. чел. 28 июня 1855 г. был смертельно ранен Нахимов. 27 августа 1855 г. Севастополь пал.

Всего за время обороны Севастополя союзники потеряли 71 тыс. чел., а русские войска - около 102 тыс. чел.

routir: (Default)

Альминское сражение произошло 8(20)сентября 1854 г. между русскими войсками под командованием генерал-адъютанта князя Меньшикова и объединенными силами англо-франко-турецких войск в нижнем течении реки Альма возле татарских деревенек Тарханлар, Бурлюк (совр.название ВИЛИНО) и Альма-Тамак (совр.название ПЕСЧАНОЕ). Начавшееся утром, к 6 часам вечера сражение закончилось отходом русских войск со своих позиций в сторону Севастополя. На поле боя осталось множество раненых и убитых, потери русской армии составили порядка пяти тысяч пятисот человек, союзники указали свои потери в четыре тысячи пятьсот человек убитыми и ранеными. Союзная армия оставалась на месте сражения до 11(23) сентября и занималась оказанием помощи раненым и погребением убитых, для чего были вырыты три братских могилы, отдельно для русских, англичан и французов. Также хоронили погибших в воронках, ложбинах и оврагах. 
На месте Альминского сражения первый по времени (1877 г.) капитальный  памятник был привезён из Англии и установлен на братской могиле британских офицеров, находящейся рядом с эполементом (эполемент м. устар. Название различных полевых фортификационных укреплений в Российском государстве XVII-XIX вв., служивших для предохранения от боковых выстрелов)
В день тридцатилетия сражения 8 (20) сентября 1884 г. был установлен обелиск «Сяг Памяти Воинов»  - русским воинам, павшим в Альминском сражении.


Read more... )
routir: (Default)

Кто из взрослых людей, выросших на просторах бывшего СССР, не помнит главной шоу-программы многих детских вечеров, дней рождений, или просто семейных вечеров? Ну конечно же, мы говорим о диафильмах!

Диафильмы - это словно ожившая живопись. Или заговорившая история. Или нарисованный рассказ. Как бы мы не называли диафильмы, но это одно из самых интересных представлений, которое было доступно детям в ту пору.

Вспомните как это было...На стену вешалась простыня, или проектор устанавливался напротив белой стены. Собирались дети и взрослые, на стол устанавливался диапроектор, выключался свет - и загорался луч! Картинка диафильмов притягивала к себе и интриговала больше чем экран телевизора - ведь это все было сродни какому-то спектаклю, волшебному шоу, где вы были словно соучастник процесса - вам нужно было и увидеть картинку, и прочитать текст под изображением!
Предлагаю посмотреть диафильм о подвигах легендарного севастопольского героя матроса Петра Кошки


Read more... )
routir: (Default)

Кто из взрослых людей, выросших на просторах бывшего СССР, не помнит главной шоу-программы многих детских вечеров, дней рождений, или просто семейных вечеров? Ну конечно же, мы говорим о диафильмах!

Диафильмы - это словно ожившая живопись. Или заговорившая история. Или нарисованный рассказ. Как бы мы не называли диафильмы, но это одно из самых интересных представлений, которое было доступно детям в ту пору.

Вспомните как это было...На стену вешалась простыня, или проектор устанавливался напротив белой стены. Собирались дети и взрослые, на стол устанавливался диапроектор, выключался свет - и загорался луч! Картинка диафильмов притягивала к себе и интриговала больше чем экран телевизора - ведь это все было сродни какому-то спектаклю, волшебному шоу, где вы были словно соучастник процесса - вам нужно было и увидеть картинку, и прочитать текст под изображением!
Предлагаю посмотреть диафильм о подвигах легендарного севастопольского героя матроса Петра Кошки


Read more... )
routir: (Default)

На Малаховом кургане, где сто пятьдесят лет тому назад шли жестокие сражения, стоят сейчас среди каштанов, кипарисов и миндаля чугунные пушки. Рядом с ними аккуратными пирамидками сложены ядра. Тихо и спокойно сейчас на Малаховом кургане, здесь любят гулять тенистыми аллеями мамы и бабушки с детьми.

Валерик тоже гулял тут с бабушкой, ведь жили они совсем рядом, на улице Окопной. А с одной пушкой он даже подружился.

   Почему только с одной?
   Ну а почему ты дружишь не с каждым мальчиком и девочкой в городе?
   Вот то-то же...
   Валерик знал, что пушки - это оружие, они были сделаны для того, чтобы стрелять и убивать людей. Но его Пушка была вовсе не страшной. Она сказала мальчику, что время, когда она была оружием, уже давно прошло. И Валерик с ней согласился. Зато Пушка рассказала ему много правдивых историй из долгой своей жизни - а ей было почти двести лет, во много раз больше, чем самому Валерику и даже его старенькой бабушке.
   Она рассказала о парусном фрегате, на котором она вначале плавала и который потом затопили перед входом в бухту, чтобы не дать войти на рейд вражеским боевым кораблям.
   Она рассказала о том, как ее, вместе с другими корабельными пушками, перевезли в город и установили на бастионе, рассказала о храбрых моряках, которые сражались на суше и о матросском сыне Саньке, который помогал здесь, на Малаховом кургане, раненым.
   Она рассказала об адмирале Корнилове, том самом, который здесь погиб и в честь которого названа набережная на восточном берегу Артиллерийской бухты.
   Она рассказала, как город после Крымской войны долго лежал в развалинах и как к Ней подходил однажды странный человек, назвавшийся писателем Марком Твеном. Валерик был еще маленький и ему ничего не сказало имя человека, сочинившего книгу о Томе Сойере и Гекльберри Финне.
   Пушка поведала, как снова зазеленели деревья на Малаховом кургане и как здесь, возле них, Пушек, собирались матросы читать революционные запретные прокламации.
   Она не видела сама, но слышала от тех, кто приходил сюда, как расстреляли на Севастопольском рейде безоружный крейсер "Очаков" с восставшими моряками, которым командовал капитан-лейтенант Шмидт.
   Пушке было что рассказать и о последней войне, самой страшной, о том, как и она хотела вновь защищать Севастополь, но рядом не оказалось никого, кто умел бы заряжать старинные орудия... Но, честно говоря, о последней войне пушка не много помнила - бомба упала с ней совсем рядом и ее завалило землей. Откопали и установили на прежнее место ее только после того, как Севастополь освободили от фашистов и люди начали восстанавливать город.
   Пушка много о чем поведала Валерику, шутка ли - жить на свете двести лет. Ну и Валерик рассказывал Пушке истории из своей короткой жизни - про маму и папу, про бабушку, про друга Сережку, с которыми они вместе собирались построить плот и уплыть в далекий морской поход...
   Так проходили дни за днями, и скоро пора было Валерику идти в первый класс, но тут...
   Но тут заболела бабушка. Заболела так сильно, что ее увезли в больницу.
   Пушку это известие очень опечалило - она-то знала, что люди не из чугуна и не могут жить по двести лет... Ничего этого она не сказала мальчику, Валерик и так плакал, и несколько теплых соленых слезинок капнули на теплый, гладкий чугун, рядом со старинным гербом - двуглавым орлом.
   Когда в тот день Валерик вернулся домой, он услышал, как мама сказала папе: "Доктора говорят - уже скоро..." Он понял, что это - про бабушку, и заревел громко, как маленький, и мама подошла к нему, и обняла, и стала гладить по коротко стриженой светлой голове, а он все равно плакал, потому что бывает горе, которое не растает даже от прикосновения маминых рук...
   Стало темнеть, и Валерик сидел один в комнате на подоконнике и смотрел в окно. Наверное, он первым во всем Севастополе увидел, как наползает на город стена черных туч. Тучи грубо ворчали и там, в черноте, ослепительным белым светом посверкивали молнии.
   И Валерик вдруг понял, что вот сейчас, сейчас, надвинется туча на их дом - и случится что-то ужасное... Бабушка умрет!
   Он выбежал на улицу и пошел навстречу грозе.
   Но что может сделать один мальчик - один маленький мальчик, пусть даже он очень смелый...
   Ударил ветер, согнул деревья, мелкие камешки хлестнули Валерика по ногам...
   А стена туч накатывалась все ближе, ближе, ближе...
   И вот когда грозный гром раскатился прямо над головой Валерика - этому грому ответил другой, не ворчащий, а яростный! Он пришел из-за спины мальчика, с Малахова кургана.
   Так могла говорить только Пушка! Старая корабельная Пушка времен Крымской войны, которая всегда защищала севастопольцев.
   Снова рявкнула туча - и снова ей ответил грозный раскат корабельных орудий. Валерику показалось, что Пушка стреляла не одна, что с нею вместе заговорили все пушки Малахова кургана.
   И ветер стих. И черная стена в небе распалась мягкими серыми клочкастыми облаками, в которых уже не сверкали злые молнии. Тучи, правда, затянули все небо, но пролились они на сухую августовскую землю не свирепым ливнем, а мелким торопливым дождем.
   Тут на улицу выбежала Валерикина мама и увела сына домой.
   А утром мама позвонила в больницу и узнала, что все хорошо, что кризис прошел и бабушка поправляется!
   И мама заплакала - а Валерик нет, ведь разве плачут от счастья!?
   Валерик побежал на Малахов курган к Пушке, рассказать, что скоро они снова придут к ней в гости вместе с бабушкой. Пушка тоже была рада, но ни в тот день, ни в один другой день потом она не рассказала Валерику, как смогла стрелять сама, без орудийной прислуги, подносящей порох и ядра...
   Что ж, у Пушек тоже есть свои тайны.
Людмила Пивень.
routir: (Default)

На Малаховом кургане, где сто пятьдесят лет тому назад шли жестокие сражения, стоят сейчас среди каштанов, кипарисов и миндаля чугунные пушки. Рядом с ними аккуратными пирамидками сложены ядра. Тихо и спокойно сейчас на Малаховом кургане, здесь любят гулять тенистыми аллеями мамы и бабушки с детьми.

Валерик тоже гулял тут с бабушкой, ведь жили они совсем рядом, на улице Окопной. А с одной пушкой он даже подружился.

   Почему только с одной?
   Ну а почему ты дружишь не с каждым мальчиком и девочкой в городе?
   Вот то-то же...
   Валерик знал, что пушки - это оружие, они были сделаны для того, чтобы стрелять и убивать людей. Но его Пушка была вовсе не страшной. Она сказала мальчику, что время, когда она была оружием, уже давно прошло. И Валерик с ней согласился. Зато Пушка рассказала ему много правдивых историй из долгой своей жизни - а ей было почти двести лет, во много раз больше, чем самому Валерику и даже его старенькой бабушке.
   Она рассказала о парусном фрегате, на котором она вначале плавала и который потом затопили перед входом в бухту, чтобы не дать войти на рейд вражеским боевым кораблям.
   Она рассказала о том, как ее, вместе с другими корабельными пушками, перевезли в город и установили на бастионе, рассказала о храбрых моряках, которые сражались на суше и о матросском сыне Саньке, который помогал здесь, на Малаховом кургане, раненым.
   Она рассказала об адмирале Корнилове, том самом, который здесь погиб и в честь которого названа набережная на восточном берегу Артиллерийской бухты.
   Она рассказала, как город после Крымской войны долго лежал в развалинах и как к Ней подходил однажды странный человек, назвавшийся писателем Марком Твеном. Валерик был еще маленький и ему ничего не сказало имя человека, сочинившего книгу о Томе Сойере и Гекльберри Финне.
   Пушка поведала, как снова зазеленели деревья на Малаховом кургане и как здесь, возле них, Пушек, собирались матросы читать революционные запретные прокламации.
   Она не видела сама, но слышала от тех, кто приходил сюда, как расстреляли на Севастопольском рейде безоружный крейсер "Очаков" с восставшими моряками, которым командовал капитан-лейтенант Шмидт.
   Пушке было что рассказать и о последней войне, самой страшной, о том, как и она хотела вновь защищать Севастополь, но рядом не оказалось никого, кто умел бы заряжать старинные орудия... Но, честно говоря, о последней войне пушка не много помнила - бомба упала с ней совсем рядом и ее завалило землей. Откопали и установили на прежнее место ее только после того, как Севастополь освободили от фашистов и люди начали восстанавливать город.
   Пушка много о чем поведала Валерику, шутка ли - жить на свете двести лет. Ну и Валерик рассказывал Пушке истории из своей короткой жизни - про маму и папу, про бабушку, про друга Сережку, с которыми они вместе собирались построить плот и уплыть в далекий морской поход...
   Так проходили дни за днями, и скоро пора было Валерику идти в первый класс, но тут...
   Но тут заболела бабушка. Заболела так сильно, что ее увезли в больницу.
   Пушку это известие очень опечалило - она-то знала, что люди не из чугуна и не могут жить по двести лет... Ничего этого она не сказала мальчику, Валерик и так плакал, и несколько теплых соленых слезинок капнули на теплый, гладкий чугун, рядом со старинным гербом - двуглавым орлом.
   Когда в тот день Валерик вернулся домой, он услышал, как мама сказала папе: "Доктора говорят - уже скоро..." Он понял, что это - про бабушку, и заревел громко, как маленький, и мама подошла к нему, и обняла, и стала гладить по коротко стриженой светлой голове, а он все равно плакал, потому что бывает горе, которое не растает даже от прикосновения маминых рук...
   Стало темнеть, и Валерик сидел один в комнате на подоконнике и смотрел в окно. Наверное, он первым во всем Севастополе увидел, как наползает на город стена черных туч. Тучи грубо ворчали и там, в черноте, ослепительным белым светом посверкивали молнии.
   И Валерик вдруг понял, что вот сейчас, сейчас, надвинется туча на их дом - и случится что-то ужасное... Бабушка умрет!
   Он выбежал на улицу и пошел навстречу грозе.
   Но что может сделать один мальчик - один маленький мальчик, пусть даже он очень смелый...
   Ударил ветер, согнул деревья, мелкие камешки хлестнули Валерика по ногам...
   А стена туч накатывалась все ближе, ближе, ближе...
   И вот когда грозный гром раскатился прямо над головой Валерика - этому грому ответил другой, не ворчащий, а яростный! Он пришел из-за спины мальчика, с Малахова кургана.
   Так могла говорить только Пушка! Старая корабельная Пушка времен Крымской войны, которая всегда защищала севастопольцев.
   Снова рявкнула туча - и снова ей ответил грозный раскат корабельных орудий. Валерику показалось, что Пушка стреляла не одна, что с нею вместе заговорили все пушки Малахова кургана.
   И ветер стих. И черная стена в небе распалась мягкими серыми клочкастыми облаками, в которых уже не сверкали злые молнии. Тучи, правда, затянули все небо, но пролились они на сухую августовскую землю не свирепым ливнем, а мелким торопливым дождем.
   Тут на улицу выбежала Валерикина мама и увела сына домой.
   А утром мама позвонила в больницу и узнала, что все хорошо, что кризис прошел и бабушка поправляется!
   И мама заплакала - а Валерик нет, ведь разве плачут от счастья!?
   Валерик побежал на Малахов курган к Пушке, рассказать, что скоро они снова придут к ней в гости вместе с бабушкой. Пушка тоже была рада, но ни в тот день, ни в один другой день потом она не рассказала Валерику, как смогла стрелять сама, без орудийной прислуги, подносящей порох и ядра...
   Что ж, у Пушек тоже есть свои тайны.
Людмила Пивень.

January 2013

S M T W T F S
  1 2345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 27th, 2017 08:50 pm
Powered by Dreamwidth Studios